Путевые заметки. Израиль
Вот уже в который раз я вспоминаю знакомые слова из знаменитой туристской песни Ю. Визбора «Мама, я хочу домой» — Снова нас несет куда-то. И не ясен нам маршрут…
Мы решили навестить Землю Обетованную. Долго готовились, заполняя разные анкеты и отсылая их на проверку нашей благонадежности. Наконец, нам сообщили, что мы можем приходить на беседу с консулом для последней очной проверки. И тут разразилась война Израиля с арабами-палестинцами сектора Газы. Ненадолго консульство Израиля приостановило процесс репатриации, но через некоторое время встречи с консулом для собеседования возобновились и мы успешно прошли последнее тестирование. И вот благословенный Сохнут назначил нам дату перелета и забронировал билеты на рейс Москва-Тель Авив, не запросив с нас ни копейки денег. Мы набрались ещё большего нахальства и попросили бесплатно или за небольшую плату приютить нас в какой-нибудь гостинице Израиля. Выбрав из предложенных нам городов Иерусалим, мы получили одобрение Мэрии Иерусалима на заселения нас на десять ночей в номер на двоих в отель под красивым названием Little House In Rechavia, что в переводе означает Игрушечный Домик в Рехавии. При этом за проживание в нем нас попросили заплатить при заезде всего около двухсот евро. Ни минуты не сомневаясь, мы согласились и нас даже пообещали бесплатно доставить в отель из аэропорта им. Бен-Гуриона.
А когда настал день сборов в дальнюю дорогу 18 декабря с.г., мы, собрав все свои вещи и увидев, что у нас получилось 3 места регистрируемого багажа, с радостью согласились взять с собой чемодан, предназначенный для Анечки, подруги Киты, живущей в Израиле, переданный нам её родителями, живущими под Москвой. Вот такая сложная цепочка связей, неважная, возможно, для многих читателей этих заметок, но приведенная лишь для того, чтобы показать, что мы использовали все лимиты нашего рейса авиакомпании Эль Аль.
Ну, и наконец, мы прибыли в Домодедово за 4 часа до вылета, как нас и попросили служащие Сохнута, чтобы, как мы поняли, составить перед началом регистрации список репатриантов, вылетающих этим рейсом. Так и произошло. Пока мы стояли в числе первых в очереди на регистрацию, нас всех переписали и отметили в списке места первого проживания каждой семьи с тем, чтобы пока мы будем лететь, а это 5 с половиной часов, передать всю информацию встречающим нас в аэропорту им. Бен-Гуриона сотрудникам Министерства абсорбции, занимающимся подготовкой новых репатриантов к началу их жизни в Израиле.
Самолет, на борт которого мы поднялись после трех с лишним часов ожидания, поразил меня очень большим расстоянием между рядами кресел, что позволяло комфортно вытянуть даже мои длинные ноги или пропустить соседнего пассажира, не вставая при этом со своего места. Кроме того, в салоне самолета была доступна пассажирам локальная сеть WIFI с доступом к бортовой видеотеке, музыкальной библиотеке и большому числу игр. Одним словом, при таком наборе развлечений на борту достаточно длительный перелет проходит совсем неутомительно.
Как только мы приземлились, вышли из самолета и прошли по рукаву в здание аэропорта, нас встретили представители Министерства абсорбции и, отделив новых репатриантов от остальных пассажиров, повели стайкой из 15 человек в специальное место, предназначенное для первого знакомства с нами. А точнее, для того, чтобы снабдить нас всем необходимым на первых порах репатриации. В трех небольших комнатках, оборудованных рабочими местами сотрудников и всем необходимым для того, чтобы выпить кофе, чая и перекусить бутербродами и кондитерскими изделиями, с нами занимались несколько сотрудников министерства. Мы с Катей попали к женщине средних лет, прекрасно говорящей по-русски, что очень облегчило наше с нею общение. Собственно, все общение заключалось в проверке этой дамой наших документов, подтверждающих наше право на репатриацию в Израиль, и изготовлении наших первых документов в Израиле. Это были Теудат Оле — удостоверение репатрианта, выдаваемое одно на семью с количеством страниц, соответствующим количеству членов семьи. В нашем случае по странице на меня и Катю. и два Теудат Зеута — удостоверения личности гражданина Израиля, представляющих собой заламинированные бумажные карточки с идентификационными номерами для каждого из нас, фотографиями и другими личными данными, написанными на иврите. Таким образом, обретя эти документы, мы стали полноправными гражданами Израиля.
Кроме того, нам выдали конверт с наличными деньгами в сумме 6500 шекелей на семью и сим-карту для мобильного телефона с израильским номером и предоплаченным пакетом услуг в виде 5000 минут разговора, 5000 СМС-ок и 10 ГБ мобильного интернета. В общем мы могли спокойно жить первый месяц, не беспокоясь о хлебе насущном, и, обратившись в МВД Израиля заниматься заменой временных Теудат Зеутов на биометрические и подачей заявлений на изготовление заграничных израильских паспортов.
Здесь следует заметить, что МВД Израиля отличается от МВД России и других стран тем, что в его структуру не входит Полиция, представляющая собой отдельное учреждение.
Получив необходимые документы и дождавшись, когда то же самое сделают другие репатрианты, мы под предводительством сотрудников Сохнута пошли к транспортерам за получением нашего багажа. Теперь мы были полностью готовыми к поездке в отель в Иерусалим. Оказалось, что столицу Израиля для первой декады проживания выбрали только мы с Катей, и нас с комфортом отвезли к нашим апартаментам. Всей информацией о заселении в отель мы владели, поэтому даже в отсутствии портье на ресепшен мы спокойно проникли в наш номер и, быстро переодевшись и даже не разбирая вещей, в 2 часа ночи уже дрыхли без задних ног. Так закончился наш день переезда на Землю Обетованную.

День второй
Утром 20 декабря мы встали пораньше, т.к. не знали, когда в отеле заканчивается завтрак, чтобы не пропустить его. Без труда найдя столовую, мы увидели небольшую комнату, разделенную на две зоны: обеденную с 10 — 12 столами и кухонную со столами с едой и посудой. Одним словом, то, что мы называем шведским столом с более или менее стандартным набором продуктов на завтрак.
Здесь были корнфлейки, сыр, овощи, йогурты, соки, чай, кофе. Единственно чем набор продуктов отличался от любого другого отеля, скажем, в Европе, так это тем, что он полностью соответствовал кашруту. Т.е. в набор входил ряд молочных продуктов и не было ничего мясного. Ни колбасы, ни сосисок, ни ветчины и тому подобных продуктов. Нас это совсем не расстроило и, быстро позавтракав, мы решили посетить ближайшее отделение МВД с целью подать заявление на изготовление биометрических удостоверений личности взамен полученных в аэропорту обычных и загранпаспортов, что, собственно, чего уж греха таить, и было основной целью нашего визита в Землю Обетованную. Ещё в Москве мы узнали, что для этой цели надо записаться на прием в отделение МВД. Но из Москвы мы этого сделать не могли из-за отсутствия Удостоверений личности (Теудат Зеутов) и израильского номера телефона. Теперь у нас это было, но ближайшая свободная очередь оказалась только на февраль следующего года. Тем не менее мы двинулись в путь к ближайшему отделению, решив попробовать взять этот редут на абордаж. На входе в здание, где находились несколько муниципальных учреждений, стоял молоденький негр, решительно преградивший нам путь к заветной цели. Катя, ошарашив его своим английским, буквально заставила связаться с начальством, и разрешить нам пройти, несмотря на отсутствие у нас очереди. Удивительно, но это сработало и мы, расталкивая других посетителей, ворвались в здание примерно также, как в Октябре семнадцатого солдаты и матросы ворвались в Зимний Дворец. Тем не менее получить заветный талончик на подход к окошку нам не удалось, а визит к дородной начальнице закончился её предложением приобрести очередь у каких-то темных личностей, постоянно толкущихся перед входом в здание. Платить сумасшедшие деньги за такого рода бизнес мы не захотели и, как в свое время Остап Бендер был быдворен с аукционных торгов, так мы ушли из МВД, не солоно хлебавши.
Тогда мы попросили подругу Кати маленькой Аню, живущую в Ашдоде, записать нас в любое отделение МВД любого города, но как можно ближе по дате приема. И буквально через час Аня сообщила нам, что записала Катю на завтра в отделение МВД, расположенное в городе Маале-Адумим в 17 км. от Иерусалима. Воодушевленные такой прекрасной развязкой этого гордиевого узла, мы пошли в ближайшее к нам отделение одного из старейших и крупнейших банков Израиля — Леуми банка, решив, что уж туда-то записываться не надо. Привратник, дежуривший у закрытой двери в банк, долго не мог понять, каким ветром нас сюда занесло, но в конечном счете решил, что нас проще пропустить, чем объяснять нам, что нам там делать нечего. Получив в терминале регистрации клиента заветный талончик, мы, наконец-то, вошли в зал, оказавшийся на удивление свободным от посетителей. За одним из столов сидела приятной наружности дама и приглашающе смотрела на нас. Мы не заставили себя ждать и, подойдя к ней, начали излагать свою просьбу об открытии счета в банке Леуми, тем более, что у нас с собой была специально для этой цели выданная нам ещё в аэропорту справка. Женщина прекрасно говорила по-русски и наш диалог оказался весьма приятным и продуктивным. В результате нам открыли один счет на двоих и заказали изготовление банковских карт для управления этим счетом, сообщив при этом, что за картами нам надо будет зайти через неделю в другое отделение банка в Иерусалиме. Ну, что ж. Как говорил все тот же Остап Бендер: «Лед тронулся, господа присяжные!» Завершился первый акт нашего Марлезонского балета. Точнее сказать, первое явление первого акта — ведь мы ещё не получили банковские карты, а лишь заказали их.
Вспомнив о том, что завтра нам предстоит поездка в город Маале-Медумим, мы задумались о том, как мы будем приобретать билеты на автобус до этого славного еврейского местечка.
О, Великий и могущественный Интернет! Он знает всё! Я не раз в этом убеждался. Нужно только разыскать в его сокровищнице именно то, что тебе надо.
Порывшись в сундуке знаний, мы очень быстро поняли, что в Израиле для оплаты поездок на различных видах транспорта существует специальная смарт-карта, называемая Рав-Кав. Интересно, что в буквальном переводе с иврита Рав Кав означает Много Линий (маршрутов). Довольно емкое название для проездного билета по очень разветвленной сети автобусных и железнодорожных маршрутов Израиля.
Осталось только добраться до того места, где можно приобрести карты Рав-Кав и желательно льготные с учетом того, что мы пенсионеры (чуть было не сказал: люди преклонного возраста). И мы двинулись в путь. И естественно пешком — ведь проездных карт у нас ещё не было. Центральный офис по продаже Рав-Кав карт в Иерусалиме располагается на Центральной автобусной станции, что вполне естественно. А ходу до него всего ничего — каких-то 2 км. И вот мы, пешие путешественники со стажем, уже через полчаса приходим в нужный нам офис и довольно быстро оформляем две именных Рав-Кав карты. Мне полностью халявную, ну а юной Кате с 50-ти процентной скидкой.
Так завершился второй акт все того же Марлезонского балета. И мы, вспомнив, что ещё утром администратор нашей гостиницы пригласил нас на вечернюю трапезу к 6 часам, бодро-весело зашагали в обратную сторону.
Ужин состоял из наборов разных салатов и баклажанной закуски, расфасованных в пластиковые контейнеры, и горячего, тоже расфасованного в контейнеры с несколькими отделениями для гарнира и рыбы, курицы или мяса. Кроме того были завернутые в целофрновую пленку бургеры из разрезанных пополам коротких батонов хлеба с овощной и мясной закуской. Ну, и конечно же, кофе, чай, молоко и йогурты. Кстати, кофе и чай находятся в свободном доступе целый день, что мне особенно понравилось.
Кроме нас в гостинице жили эвакуированные из южных районов, близких к сектору Газа. Из них почти никто не говорил по английски, кроме одной женщины школьной учительницы из многодетной семьи с пятью разновозрастными девочками и мальчиками. От неё мы узнали, из какого ада они уехали.

День третий
21 декабря нам предстояло к 10:20 попасть в отделение МВД в городке Маале Медумим. Многие наши знакомые израильтяне советовали нам поехать туда с большим запасом по времени с учетом того обстоятельства, что автобусный транспорт Израиля ходит крайне плохо, и очень редко соблюдая расписание. Поэтому мы пришли на завтрак как можно пораньше и, основательно подзаправившись, двинулись в путь к остановке первого из двух автобусов, которыми с пересадкой нам предстояло добираться до места. Несмотря на предупреждение знатоков Израиля, мы довольно быстро добрались до места. Отделение оказалось на верхнем этаже большого торгового центра и сотрудница, дежурившая у входа, взглянув на нашу запись, дала нам от ворот поворот, сказав что-то, вроде — «много вас тут понаприперлось раньше времени!» Хорошо ещё, что отделение находилось в здании торгового центра и Кате было очень просто убить время, бродя по многочисленным магазинам. А я с удовольствием устроился на диванчике у входа в отделение с любимым гаджетом в руках. Куда ж мы без гаджетов! Теперь я не представляю себе как мы без них жили!
Когда-то тезка моего отца мудрый царь Соломон изрёк: «Всё проходит! Пройдёт и это!» Как же Он был прав! Час ожидания прошел и мы получили заветный талончик на прием. Прождав ещё около получаса, мы уселись перед очами сотрудницы отделения и Катя, быстро наладив с ней контакт, изложила суть нашей проблемы. О, великий Катин английский! Я за ней как великий немой за каменной стеной! Простите меня великодушно за этот нечаянный каламбур. Когда женщина-клерк, просмотрев все наши документы закончила свою часть работы, наступил весьма ответственный момент, когда мы должны были заполнить опросные листы на иврите. Тогда она попросила какую-то женщину из очереди помочь нам. И практически под нашу диктовку эта волонтерша написала в нужных местах нужные, надеюсь, слова и отдала заполненные анкеты клерку. Та вручила нам пакет документов и взглядом, полным надежды, что мы, наконец, отчалим, проводила нас по невправлению к выходу. Обратная дорога в Иерусалим была уже спокойней, потому что мы никуда не спешили. Правда, в районе пересадки с одного автобуса на другой мы немного запутались. Вернее, я запутался, потому что в нашей дружной команде я отвечаю за маршрутизацию и логистику. Когда мы утром ехали туда, пересадка была очень простой. Нам надо было сесть на другой автобус прямо на той же остановке, на которой мы вышли из первого. А на обратном пути пересадка была посложнее, потому что с одного на другой автобус нам надо было пересаживаться на весьма оживленном перекрестке, где с каждой стороны было по несколько остановок с огромным количеством маршрутов. В конце концов, бегая от одной остановки к другой, мы у видели нужный нам номер автобуса и, вскочив в него, уже спокойно подъехали к нашему отелю. Конечно, в конце концов, как гласит известная поговорка — «Язык до Киева доведет». Но я предпочитаю транспортные приложения в телефоне.

День четвертый
То, что нам удалось побывать в основных учреждениях до пятницы, было хорошим началом деловой части нашей миссии в Израиле. Потому что пятница здесь — это начало шаббата, то есть двух выходных дней, во время которых замирает любая деловая активность. Государственные учреждения и частные коммерческие предприятия не работают. Засыпает даже общественный транспорт, что иностранцам кажется уж совсем дикостью. Первый раз я столкнулся с этим обстоятельством во время моего посещения здешних мест с целью лечения в клинике на Мертвом море. В начале по приезде я жил пару дней у Ильи и Анечки Грабовых. Помнится, в это же время в Израиль приехали мой двоюродный братец Валера Волков с женой Наташей и остановились у своей знакомой по Бад Ноухайму в Ашдоде. А Илья Грабов собирался ехать в гости к своей сестре как раз в Ашдод. Вот я и попросил его завести меня в Ашдод к месту обитания четы Волковых. Он любезно согласился и привёз меня по указанному адресу. А это было 27 марта, т.е. в день рождения Валерки. Мы решили отпраздновать это событие в ресторанчике на берегу моря, куда и отправились в тот же день. Правда, Наташа ещё до этого дня малость приболела и мы сидели в чудесном пивном ресторанчике втроем — именинник, я и подруга Волковых, у которой они жили. А на завтра Волковы должны были ехать в экскурсию к Мертвому морю. Ещё раньше, когда я узнал, что они собираются на эту экскурсию, я попросил купить её и на мою долю. Так, переночевав у них на раскладушке, я присоединился к их путешествию и мы отправились на большом экскурсионном автобусе к одному из самых соленых молей мира.
Когда экскурсия на побережье Мертвого моря закончилась, я предупредив экскурсовода о том, что дальше с ними не поеду, остался и пошел в Dead Sea Clinic. Каково же было мое удивление, когда у входной двери клиники я узнал, что она уже сегодня не работает. Ну, ладно магазин или парикмахерская, но больница …! Делать нечего и я решил ехать в снятую мной заранее комнату в Араде, небольшом городке в 20 с лишним километрах от побережья Мертвого моря. И вот узнав, какой автобус туда поднимается я подошел к остановке и стал его ждать. Минут через 15 я понял, что похоже, жду у моря погоды. Зашел в ближайшую гостиницу и спрашиваю у портье, мол, скоро ли автобус будет? А он возьми и ответь: «Таки в воскресенье утром.» А у него на головой дата — пятница 24 марта. Заметив на моем лице удивление, портье проронил только одно слово — шаббат. И чего, спрашиваю, делать?Как мне в Арад попасть? А в ответ опять одно слово — такси. Ловите, мол, какой-нибудь араб довезет, если повезет — скаламбурил он. Ну, я и пошел ловить. Одним словом, заплатил я за 10 минут езды бешеные деньги.
Вот такой получился экскурс в историю, когда я порадовался, что мы успели посетить все намеченные заведения до наступления Его Величества Шаббата.
Но пора возвращаться в день сегодняшний.
Утром к нам подошел администратор гостиницы и пригласил нас вечером на шаббатное застолье. Отказаться было неудобно и мы согласились. Ну, а кроме того, было любопытно. Придя вечером в столовую, мы обнаружили, что все столы были сдвинуты в цепочку по периметру помещения, как обычно расставляют столы на свадьбах. На столах вдоль этой цепочки были расставлены различные закуски и бутылки с красным вином. До начала трапезы можно было заметить, что многие приносили с собой, кто еду, кто вино, кто печенье. У нас ничего не было, кроме очень хороших конфет, которые Катя ещё в Москве купила вразвес в Алёнке. И мы решили принести их. Когда мы извинившись, что мы не знали и у нас ничего нет, высыпали на стол эти конфеты, все стали их внимательно рассматривать, пытаясь узнать состав, вероятно, сомневаясь, что они кошерные. Мы тут же заверили всех, что в них нет ничего запрещенного кашрутом, хотя кто его знает что там запрещено.
Застолье проходило без речей, тостов и поздравлений, а просто за едой с разговорами и песнями, как того и требовала еврейская традиция. У читывая, что в шаббат еврею, соблюдающему традиции запрещено готовить и пользоваться электроприборами, вся еда была приготовлена заранее, до наступления шаббата. Автомат для приготовления чая и кофе, постоянно включенный в обычные дни, сегодня был выключен, а для горячего чая или кофе стоял включенный заранее титан. Разговаривать во время застолья нам было не с кем, кроме школьной учительницы, говорящей на английском, о которой я уже писал ранее. Так что мы с любопытством смотрели и слушали разговоры и песни на непонятном языке. Через некоторое время мы решили незаметно, как говорится, по-английски, уйти. Увлеченные общением гости даже не заметили нашего исчезновения. А вспомнил знаменитый анекдот.
«В чем разница между англичанами и евреями? Англичане уходят не прощаясь. А евреи прощаются и не уходят.»
Сегодня вечером мы были англичанами.

День пятый
Наконец, наступил полностью свободный день и мы решили прогуляться в старый город Иерусалима. В тот самый, который описал Булгаков в романе «Мастер и Маргарита». Тем более, что он расположен всего в 2-х километрах от нашего отеля. Я живо представил себе, как мы торжественно войдем в те самые ворота, в которые два с лишним тысячелетия вошёл в Иерусалим Иисус Иосифович (да простят мне христиане мое святотатство). Однако, лишь моя полная безграмотность в вопросах богословия позволяла мне на это надеятся. Оказалось, что ещё почти полтысячи лет назад Золотые Ворота были запечатаны османским султаном Сулейманом. В общем, ещё один Облом Петрович. В результате мы дошли до ближайших к нам Сионских Ворот или Ворот Давида и, как и намечали, торжественно вошли в Старый Иерусалим.
Сколько ни броди по старому Иерусалиму, всё равно придешь к Стене Плача, святая святых для любого еврея.
Перефразируя итальянцев с их — «Все дороги ведут в Рим», можно сказать, что в Иерусалиме все дороги ведут к Стене Плача.
Так и мы неожиданно оказались у одной из самых известных мировых достопримечательностей, представляющей собой часть западной стены защитно-опорных сооружений, окружавших Второй Иерусалимский Храм, построенный ещё за 500 с лишним столетий до н.э. царем Иродом Великим после того, как Первый Храм был разрушен византийским царем Новохудоносором. Поговаривают, что Новохудоносор был потомком царя Соломона от царицы Савской. Такая вот ирония судьбы. Но, как известно, и Второй Храм был разрушен. Теперь уже римским императором Титом Флавием. Вот самое ближнее от бывшего Второго Храма сооружение, сохранившееся до сегодняшнего дня и является Западной Стеной или Стеной Плача.
Надо сказать, что я впервые был здесь в шаббат и с любопытством сверху разглядывал, как люди подходили к столу, зачем-то поставленному у стены, брали что-то с него и отходили. Сверху не было видно, что именно лежало на столе, и я решил из любопытства спуститься вниз и посмотреть. А вдруг, подумал я, там какое-нибудь угощение. Шаббат все же. Каюсь, грешен. Халява зачастую манит меня больше всего. Подойдя поближе, я, наконец, разглядел, что на столе были всего лишь молитвенники. Я был наказан. Ведь к Стене Плача нельзя подходить просто из любопытства, а только для обращения к Богу. Когда я пошел назад, ко мне подбежал какой-то, выражаясь нынешним молодежным сленгом, чел и начал на непонятном мне наречии о чем-то меня просить. Наконец, я понял, что он хочет от меня благотворительности в виде денежных средств. Похлопав руками по своим пустым карманам, я дал ему понять, что, мол, и рад бы, да нечем. И надо сказать, что это было чистой правдой. Ведь всеми финансами в нашей семье, по давнишней договоренности управляет жена. Когда я заметил, что этот чел подходит не ко всем, а избирательно, мне стало понятно, как он находит свою жертву. Настоящий правоверный еврей, даже уходя от Стены Плача, никогда не поворачивается к ней спиной. Ведь это бы значило — повернуться спиной к Богу.
Так закончилось наше паломничество в Старый город Иерусалим.
Выйдя из стен Старого Иерусалима, мы пошли обратно в гостиницу вкушать вечернюю трапезу. Шаббат уже кончился, но это не помешало нам поужинать и скоротать вечер нашей любимой игрой в румми.

День шестой
Воскресеньем в Израиле начинается рабочая неделя и мы решили зайти в то отделение банка Леуми, в котором нам должны выдать заказанные 5 дней назад карты, хотя нас и предупреждали о том, что карты будут готовы через неделю. Отделение располагалось на одной из центральных улиц Иерусалима — на улице Яффо. Мы уже разобрались в хитросплетении улиц и переулков Иерусалима и без труда нашли нужное нам заведение. Узнав, что нам нужно только получить карты, привратник любезно пропустил нас в операционный зал, где мы и нашли ту женщину-клерка, которая выдает карты. Ещё до похода в банк мы решили отказаться от мой карты, потому что она дебетовая, а за обслуживания такого типа карт в Израильских банках взимается ежемесячная плата. Счет то у нас все равно один на двоих. Ну и карта пусть будет одна — кредитная. Её обслуживание производится бесплатно. В результате нам выдали карту, которую мы должны были самостоятельно активировать в банкомате.
В отличие от акына, который поет только о том, что видит, я пою только о том, что происходит, т.е. о событиях, а не о природе, погоде и иной красоте. И поскольку этот день больше никакими событиями отмечен не был, я плавно перехожу к описанию того дня, когда мы решили, практически закончив все дела, отправиться в путешествие.
В Израиле уже давно бытует поговорка — «Иерусалим молится, Хайфа работает, а Тель-Авив развлекается».Вот мы решили посетить Тель-Авив.
Созвонившись со Светланой Айдаровой, которая нам очень много помогала, консультируя нас по вопросам репатриации, так как была уже практически жителем Израиля, мы пригласили её на прогулку в Тель-Авив. Она жила в Бат-Яме, практически в пригороде Тель-Авива, и мы назначили встречу на одной из железнодорожных станций Тель-Авива под названием «Тель-Авив Хагана». Меня заинтересовало, что означает слово Хагана. Великий интернет тут же сообщил, что Хагана — это еврейская военизированная организация, существовавшая в Палестине с 1920 по 1948 г.г. для защиты еврейских поселений и вошедшая, по всей видимости, в ЦАХАЛ — Армию Обороны Израиля после его образования в 1948 году.
Доехав на поезде до станции Тель-Авив Хагана, мы через 10 минут в встретились со Светой и решили поехать к главной достопримечательности Тель-Авива старому городу Яффа, одному из старейших городов на планете, многократно разрушаемого и заново отстраиваемого после многих крестовых походов и нашествий египетских фараонов. В 1799 году после шестидневной осады город взял Наполеон I Бонапарт. А в 20-м столетии он был подмандатной территорией Великобритании. И лишь после Второй Мировой Войны был объединен с Тель-Авивом.
В Яффе можно долго бродить по узким каменным улочкам с ресторанчиками, художественными галереями, ювелирными магазинами. Что мы собственно и делали и вышли к центральной площади Яффы Площади Часов, названной в честь знаменитой часовой башни, находящейся в её центре и построенной в 1903 году. На башне установлены часы, механизм которых создан Морисом Шенбергом. А колокол, установленный на башне, звонит два раза в час.
После Часовой Башни мне захотелось взглянуть самому и показать своим милым спутницам знаменитое парящее апельсиновое дерево, которое мы с Ниной и Аркашкой впервые увидели ещё 29 лет назад во время своей первой в жизни заграничной поездки в 1994 году. Эта известная достопримечательность Яффы была создана скульптором Раном Морином и представляет собой настоящее апельсиновое дерево, посаженное в глиняный горшок в форме яйца, подвешенного на цепях к стенам рядом стоящих домов. Существует много версий, раскрывающих смысл и идею этой скульптуры Морина. Мне понравилась одна из них, выразившая мысль о том, что люди, как это живое апельсиновое дерево, живущие в каменных джунглях все больше отрываются от природы и в частности от земли.
Ну, и не могу удержаться от соблазна привести здесь одну историю, прочитанную на просторах Интернета.
«Почти сто лет назад Тель-Авив посетил Черчилль. Местные власти устроили ему встречу, достойную его. Торжественный ужин был организован в ресторане «Казино Галей Авив», некогда стоявшем в начале улицы Алленби (там где сегодня пляж). Но была одна проблема — в молодом городе было очень плохо с озеленением. И тогда мэр Тель-Авива Дизенгофф велел выкопать деревья, растущие в других местах, и привезти их к ресторану. Там эти деревья были просто вкопаны в песок безо всяких корней, ибо идея была такова — «пару дней простоят, а больше и не надо».
После сытного и вкусного ужина разомлевший Черчилль вышел из ресторана. Раскуривая сигару, он прислонился к дереву, и оно, лишенное корней, не выдержало веса грузного премьер-министра и упало. Черчилль, разумеется, все сразу понял, и, обращаясь к Дизенгоффу, сказал: «Без корней, господин Дизенгофф, у вас ничего не получится».
Свидетелем этой истории был дед Рана Морина и он рассказал ее своему внуку. И очень может быть, что эта история тоже повлияла на идею создания парящего апельсинового дерева.»
Скопировано из
https://www.lookatisrael.com/jaffa-suspended-orange-tree/amp/
Насладившись ностальгией по увиденному много лет назад, я со своими спутницами зашли в одну из многочисленных забегаловок Яффы, дабы утолить посетивший нас голод. После чего сытые и довольные разъехались по местам нашего обитания в Израиле.

На Кипре
По завершении нашего проживания в отеле «Little House in Rehavia” 29.12.23 мы решили съездить на Новый год на Кипр, к Кате маленькой, а 16.01.24 вернуться в Израиль и получить те документы, которые, как мы надеемся, к тому времени уже будут готовы. Тем более что до Ларнаки из Тель-Авива всего час лёту. Сказано-сделано. И рано утром 29.12.23 мы прибываем на поезде из Иерусалима в аэропорт им. Бен-Гуриона. Кстати, любопытно, что аэропорт Тель-Авива получил имя первого премьер-министра Израиля Давида Бен-Гуриона в 1973 году, сразу после его смерти. А, например, аэропорт Нью-Йорка ещё раньше в 1963 году получил имя 35-го президента США Джона Кеннеди. В России традиция присваивать аэропортам имена известных людей началась только спустя более чем полвека. Зато, как пел Визбор, мы делаем ракеты и перекрыли Енисей. И пел он это как раз в 1963 году.
Перелетев с Израильского побережья Средиземного моря на третий по величине после Сицилии и Сардинии остров в этом же море, наш ероплан уже через час совершил посадку в аэропорту Ларнака, которому, кстати, ещё не присвоили никакого имени. А вполне могли бы присвоить ему, например, имя первого Президента Кипра Архиепископа Макариоса III, ставшего им в 1960 году после получения Кипром независимости. Этот крупнейший на Кипре аэропорт в Ларнаке срочно построили в 1975 году на замену аэропорта в Никосии, когда в результате турецкой агрессии произошел раздел острова на Республику Кипр и Северный Кипр.
31.12.23 мы поехали в Лимассол встречать Новый Год на вечеринку-девичник с подругами Кати-маленькой. Я был там единственным представителем мужского населения планеты, о чем, впрочем, ничуть не жалел. Было приятно провести праздничное застолье с традиционными новогодними салатом оливье, селедкой под шубой и прекрасным кипрским вином, да ещё в компании прелестных дев. Интересно, что даже среди детей собравшихся подруг не оказалось ни одного мальчика.
Часам к трем ночи мы вернулись в Ларнаку, захватив с собой выданную нам провизию с праздничного стола. Так что поздним утром первого дня Нового года нам удалось по давно сложившейся в России традиции завтракать плодами праздничного предновогоднего вечера.
Остальное время на Кипре перед возвращением в Израиль проходило в различного рода домашних делах по подготовке кипрской квартиры Кати-маленькой к большому ремонту, намеченному на февраль.

И снова Израиль.
Решив вернуться в Израиль, чтобы довести до конца эпопею с получением израильских биометрических удостоверений личности и зарубежных паспортов, мы занялись выбором места жительства на время ожидания заказанных документов. Теперь, в отличие от первой половины нашего путешествия, выбор полностью зависел от нас и мы, в конце концов, остановились на известном курортном городке Израиля, расположенном в центре страны на средиземноморском побережье, Нетания. Хотя иногда его называют Натания, а как правильно, мне так и не удалось узнать. Подумав, что двух недель нам будет достаточно, мы забронировали апартамент в виде однокомнатной квартиры с изумительным названием «Royal Lea Apartment», расположенной в 100 метрах от моря. Конечно, купаться в этом месте Средиземного моря в январе вряд ли получится, но погулять по берегу, любуясь набегающими волнами, должно быть приятно, решили мы. Авиабилеты из Ларнаки в Тель-Авив у нас уже были и 16 января мы благополучно приземлились второй раз за один месяц на главном аэродроме Земли Обетованной. Правда, это было уже поздним вечером в 23:40, но поезда в Израиле ходят, слава богу, всю ночь, хоть и раз в час. Одним словом, в половине второго ночи мы вышли из ж/д станции Нетания и заказали все то же пресловутое Яндекс-такси, которое добралось и сюда. Не прошло и полчаса, а мы уже стояли перед входной дверью заказанного апартамента. Как зайти в квартиру мы заранее узнали у хозяина и, легко достав ключи из дверного сейфа, проникли внутрь, где увидели очень похожий на фотографии букинга интерьер. В квартире оказалось на удивление тепло, особенно, в сравнении с номером, в котором мы жили в Иерусалиме.
Первой задачей, которую нам следовало решить после возвращения в Израиль, было получение новых биометрических Теудат Зеутов взамен временных, которые мы получили в аэропорту им. Бен-Гуриона в день прилета в Израиль еще 19 декабря прошлого года. А 4 января 2024 года я получил смс сообщение о готовности моей ID-карты и отправке её в Центральное отделение Почты Израиля в Иерусалиме. Что же касается наших израильских загранпаспортов, то сообщение о готовности моего паспорта и его отправке я получил ещё 27 декабря 2023 года и отправил его (сообщение) своей племяннице, живущей в Ашкелоне, потому что в сообщении можно было поменять адрес доставки посылки с паспортом. Она выбрала доставку в ближайший к ней пункт выдачи в Ашкелоне и 1 января уже получила мой загранпаспорт. По непонятной нам причине сообщений о готовности и отправке Катиных ID-карты и загранпаспорта я на свой израильский телефон не получал. Тем не менее, когда мы приехали в Центральное отделение почты Израиля в Иерусалиме, нам выдали обе ID-карты – мою и Катину. Таким образом, из четырех запрошенных в МВД Израиля документов два уже были у нас в руках и один у моей племянницы и нам осталось только получить Катин загранпаспорт. Чтобы узнать, как это сделать, мы решили записаться на прием в какое-нибудь ближайшее отделение МВД. Но в отделение в Нетании ближайшая запись была только на март, и мы смогли записаться в отделение в Ашдоде на 21 января. А чтобы совместить получение моего паспорта в Ашкелоне с посещением МВД в Ашдоде мы по приглашению  Марины поехали 20 января к ним в Ашкелон с тем, чтобы забрать мой паспорт и, переночевав у них, поехать утром на поезде в Ашдод, расположенный на расстоянии одной ж/д остановки от Ашкелона. На ж/д станции в Ашдоде нас встретили Аня и Илья Грабовы, живущие в этом городе последние 20 лет, и отвезли нас в МВД Ашдода, где мы, прождав некоторое время, попали в кабинет одного из инспекторов, которая, узнав что мы пришли на поиск Катиного паспорта, дала нам координаты компании, занимающейся доставкой изготовленных в МВД паспортов. Оказалось, что когда-то, в далекие уже нулевые годы, МВД само выдавало изготовленные им внутренние и заграничные паспорта населению, из-за чего в его отделениях стали скапливаться огромные очереди, практически блокировавшие работу учреждений. Наконец, было принято решение разгрузить МВД, передав функцию доставки документов другим организациям. Доставку внутренних паспортов поручили Почте Израиля, которая является государственной компанией, а заграничных — инновационной израильской почте E-Post, которая позволяет своим клиентам получать или возвращать почтовые отправления через автоматизированные шкафчики, расположенные по всей стране, без потерь времени, без очередей, без поиска парковки и без необходимости ждать дома курьера. Благодаря сервису именно E-Post, стало возможным до отправления посылки с центрального склада перенаправить ее по нужному ближайшему к клиенту адресу. Так мне удалось перенаправить посылку с моим загранпаспортом в адрес Марины в Ашкелоне, вместо адреса гостиницы, из которой мы съехали еще 29 декабря. Но, к сожалению, с Катиным паспортом так сделать не получилось. И понять по какой причине нам это не удалось, мы смогли только при внимательном рассмотрении конвертов, в которых были запечатаны наши ID-карты, полученные в почтовом отделении Иерусалима. Когда, находясь в гостях у Марины, мы показали ей эти конверты, она обратила внимание, что на конверте с моей ID-картой был указан наш израильский номер мобильного телефона, в то время как на конверте с Катиной ID-картой указан совсем другой номер, хотя у нас в Израиле была только одна симка с одним, естественно, номером, выданная нам еще в аэропорту по прилете в Израиль. Почему в Катиной информации в системе оказался какой-то несуществующий номер телефона так и осталось для нас загадкой. Зато стало понятно, почему я не получал от МВД сообщений об изготовлении и отправке Катиных документов. Они (сообщения) просто уходили в никуда. Поэтому нам и пришлось снова обращаться в МВД.
И поскольку МВД уже отправило посылку с Катиным паспортом в компанию E-Post, инспектор просто дала Кате бумажку со всеми координатами компании и я передал их Марине, надеясь, что она со своим достаточно хорошим ивритом позвонит и попробует узнать, какова судьба этой посылки и как ее найти. И Марина великолепно справилась с этим, связавшись с главным офисом компании, где ее проинформировали о том, что письмо с Катиным паспортом вернулось к ним в связи с тем, что не было передано посыльным адресату. Тогда Марина дала им уже свой телефон с тем, чтобы его внесли в систему и все сообщения, связанные с его доставкой, приходили теперь к ней на телефон. И попросила, чтобы они повторно послали письмо к ней в Ашкелон. А когда прошли выходные, Марина получила сообщение о повторной отправке письма. И связавшись с ними по телефону узнала, что телефон то они поменяли, а вот адрес доставки поменять забыли, т.е. это остался адрес гостиницы “Little House In Rehavia” в Иерусалиме. Узнав об этом, мы попросили, чтобы адрес не меняли и отправили письмо туда, а мы туда сами приедем. Таким образом, посыльный повез письмо в эту гостиницу, а мы поехали туда же на встречу с ним своим ходом, потому что он должен передать письмо лично Кате в руки и при этом сфотографировать ее Теудат Зеут. Вот так 29 января мы, наконец-то, получили последний документ, и наша миссия в Израиле была успешно завершена.
И уже на пути из Иерусалима в Нетанию, в поезде, мы стали искать буквально на завтра, на 30 января, авиабилеты в Белокаменную столицу. Из двух вариантов – беспересадочный, но дорогой перелет самолетом EL-AL или почти в три раза более дешевый, но с полуторачасовой пересадкой в Сочи самолетами RedWings – мы выбрали дешевый. И прямо из поезда забронировали и оплатили авиабилеты. И вот уже в который раз я порадовался, что дожил до того времени, когда вместо многочасовых ожиданий в очередях в авиакассах для покупки билетов на самолет, можно за пять минут приобрести электронные билеты, не выходя из поезда и даже не распечатывая их, и просто предъявив свои паспорта на стойке регистрации в аэропорту. Вот уж и впрямь, чудеса современной техники!
А уже поздним вечером в ночь с 30 на 31 января с.г. мы входили в свою московскую квартиру и, побросав пожитки и наспех раздевшись, провалились в глубокий сон.

Так закончилась наша операция под кодовым названием «Израильские документы».